Ирис Мердок вела две жизни — ее философские дневники раскрыли двойника

Оксфорд. Архив Iris Murdoch в Sommerville College. Дневники философа, которые оставались закрытыми для исследователей до 2024 года, наконец прочитаны полностью.

Ирис Мердок была известна как писательница романов и как серьезный философ. Она преподавала в Оксфорде, писала работы по философии морали и этике. И одновременно писала романы, которые считались чистой фантастикой, вымыслом, продуктом воображения.

Но дневники говорят: романы — это был ее способ обработки своей собственной жизни.

Вот запись из дневника 1952 года: "Я описала в романе сцену, которая произошла со мной вчера. Я ее немного изменила. Дала персонажу другое имя. Но суть та же. Ее боль — моя боль. Только в романе я могу позволить себе признать эту боль".

Далее — описание реального события. Роман, который она писала в то время, содержит сцену, которая буквально совпадает с описанным событием. Поменяны имена, поменяны детали — но суть та же.

Мердок была очень приватной личностью публично. Она редко давала интервью, редко говорила о личном. Но в дневниках — совершенно иная история. Она открывалась. Она писала о сомнениях, о личных желаниях, о конфликтах в отношениях, которые никогда не упоминала в публичных выступлениях.

Вот это особенно интересно: в дневниках Мердок критикует свои собственные философские работы. Она пишет, что объективизм в этике, о котором она писала, не соответствует сложности человеческого опыта. Что она понимает это, живя жизнью, но не может написать об этом в философских работах, потому что академическая философия требует отстраненности.

Поэтому она писала романы. В романах можно показать противоречие. В романах можно быть субъективной. В романах можно быть честной.

Ты помнишь ее роман "The Bell" (1958)? Там есть персонаж, который учит этике, но при этом совершает нравственно сомнительные поступки. Критики видели в этом просто художественную деятельность — попытку показать противоречие в человеке.

Но дневники раскрывают: это описание самой Мердок. Ее внутреннего конфликта. Она преподавала, как должны поступать люди, но при этом понимала, что сама не всегда соответствует своим собственным принципам. И это ее мучило. Это она и пытается проработать в романах.

Одно из самых ошеломляющих открытий в дневниках — запись о том, что Мердок рассматривала возможность оставить академическую философию и писать только романы. Почему? Потому что романы казались ей более честным способом говорить о нравственности. Философия требует абстракции. Романы позволяют говорить о конкретности.

Она никогда не ушла из философии. Но ее романы — это признание, что философия недостаточна. Что нам нужны истории. Потому что в историях мы можем быть честны так, как не можем быть в теории.