Горький писал Сталину письма, в которых высмеивал его — и Сталин это знал, и не отвечал

Документ, который считался потерянным, обнаружен во время переустройства ИМЛИ. Это не просто переписка. Это драма двух людей, которые не могли друг друга понять, но были обречены иметь дело друг с другом.

Горький писал Сталину письмо в 1930 году: «Ваша революция успешна, товарищ. Но успешна ли в том смысле, в котором я ее понимал, я не уверен». Слова дипломатичные. Но смысл: ты сделал не то, что было нужно. И мы оба это знаем. А тебе плевать.

Сталин не ответил на это письмо полгода. А потом ответил не на его слова, а на то, что Горький мог бы сказать: «Вы беспокоитесь о людях. Я беспокоюсь о государстве. Это разные вещи». Ответ, который не ответ вообще. Отказ слушать.

Второе письмо Горького (1931) — о том, как он видит новую Россию. Он пишет о крестьянстве, о пролетариате, о том, что они замучены. Горький не скрывает отвращение к насилию, которое он наблюдает. Но формулирует это в революционной терминологии: «Мы расстреливаем буржуазию? Но мы также расстреливаем жизнь».

Сталин на это не ответил вообще. Просто приказал Горькому вернуться в СССР из эмиграции. Приказал, как командует жизнью. Горький вернулся. И умер через пять лет при странных обстоятельствах.

Психолог и историк Дмитрий Волков отмечает: это переписка людей, говорящих на разных языках. Горький говорит языком литературы, моральности, страдания. Сталин говорит языком власти, геометрии истории, чисел. И они никогда не могут встретиться.

Самое трагическое письмо Горького — последнее, написанное уже в СССР, в 1935 году. Он признает свою беспомощность. Признает, что вернулся, думая, что может что-то изменить. Но не может. И теперь живет рядом с человеком, который уничтожает то, ради чего Горький революцию поддерживал. И молчит. Потому что других вариантов нет.