Казаки

Book Preview

Author

Толстой Лев Николаевич

Publication Date

February 24, 2026 06:19 PM

Genre

Толстой Лев Николаевич
3 hr 52 min
10 chapters
~145 pages

Book Cover

Казаки

General Book Summary

«Казаки» — одна из ранних повестей Льва Толстого, написанная в 1863 году и считающаяся жемчужиной русской прозы о Кавказе. В центре сюжета — молодой московский дворянин Дмитрий Оленин, двадцатичетырёхлетний «лишний человек», промотавший часть состояния и не нашедший себя ни в светской жизни, ни в службе, ни в любви. В порыве жажды новой жизни и разочарования в столичных пустяках он уезжает юнкером на Кавказ, надеясь начать всё сначала и наконец почувствовать себя по-настоящему живым. Повесть открывается ночной сценой прощания в московском ресторане Шевалье: хмельные философские разговоры о любви, виноватость перед женщиной, которую не смог полюбить, и ощущение, что впереди — долгожданная, настоящая жизнь. По дороге на Кавказ Оленин грезит о будущем, вспоминает прошлые ошибки и постепенно переносит воображение к цели путешествия. Прибыв в гребенскую казачью станицу на берегу Терека, Оленин оказывается в мире, совершенно непохожем на Москву. Казаки — потомки старообрядцев, веками живущих рядом с чеченцами, — впитали обычаи горцев, сохранив при этом русский язык и старую веру. Мужчины проводят жизнь на кордонах, в походах, на охоте и рыбалке; женщины несут бремя хозяйства и обладают особой силой и красотой. Оленин квартирует у хорунжего Ильи Васильевича, его жены Улитки и их дочери — красавицы Марьяны, которую считают первой невестой в станице. Главным духовным проводником Оленина становится дядя Ерошка — старый казак-охотник с громовым голосом и языческой философией жизни. Он одинаково любит всех людей, не признаёт греха и считает, что после смерти просто вырастет трава. Через общение с Ерошкой Оленин всё глубже погружается в дух кавказской природы, учится охоте и начинает ощущать себя частью этого дикого, первобытного мира. Параллельно разворачивается история молодого казака Лукашки — удалого, спокойного и уверенного в себе юноши по прозвищу Урван. Стоя на ночном кордоне, Лукашка замечает чеченского абрека, переплывающего Терек под прикрытием коряги, и метким выстрелом убивает его. Этот подвиг делает Лукашку героем станицы и приближает его к заветной цели — женитьбе на Марьяне, которую он давно любит. Сцена с телом убитого чеченца и его гордым, полным холодного презрения братом, приехавшим выкупать тело, — одна из самых сильных в повести: Толстой показывает бесконечную войну двух народов, в которой нет правых. Оленин тем временем переживает духовный перелом. В одиночестве леса, лёжа в логове оленя среди мириадов комаров и птичьих голосов, он вдруг понимает, что он — такое же существо, как фазан или комар, и что истинное счастье не в эгоистическом поиске наслаждений, а в жизни для других, в любви и самоотвержении. Это открытие наполняет его радостью, хотя он и не знает ещё, как воплотить его в жизнь. Приезд офицера Белецкого — циничного светского человека, легко вписавшегося в казачий быт и откровенно ухаживающего за девушками — ставит Оленина перед зеркалом: он с отвращением узнаёт в Белецком прежнего себя, но одновременно обнаруживает, что не может полностью разорвать связь со старым миром. На вечеринке у казачки Устеньки Оленин впервые видит лицо Марьяны без платка и окончательно влюбляется — в её величавую красоту, в её молчаливую силу, в её принадлежность этому чистому, нетронутому цивилизацией миру. «Казаки» — это история о невозможности побега от себя и о тоске по подлинному существованию, которую испытывает человек, рождённый между двумя мирами. Толстой противопоставляет искусственность московского существования и природную подлинность казачьей вольницы, показывая невозможность полного слияния человека с чужой культурой и ставя вечные вопросы о природе счастья, любви и смысле жизни.

Table of Contents

Book Excerpt

Всё затихло в Москве. Редко, редко где слышится визг колес по зимней улице. В окнах огней уже нет, и фонари потухли. От церквей разносятся звуки колоколов и, колыхаясь над спящим городом, поминают об утре. На улицах пусто. Редко где промесит узкими полозьями песок с снегом ночной извозчик и, перебравшись на другой угол, заснет, дожидаясь седока. Пройдет старушка в церковь, где уж, отражаясь на золотых окладах, красно и редко горят несимметрично расставленные восковые свечи. Рабочий народ уж поднимается после долгой зимней ночи и идет на работы.

А у господ еще вечер.

В одном из окон Шевалье из-под затворенной ставни противозаконно светится огонь. У подъезда стоят карета, сани и извозчики, стеснившись задками. Почтовая тройка стоит тут же. Дворник, закутавшись и сжавшись, точно прячется за угол дома.

«И чего переливают из пустого в порожнее? — думает лакей, с осунувшимся лицом, сидя в передней. — И всё на мое дежурство!» Из соседней светлой комнатки слышатся голоса трех ужинающих молодых людей. Они сидят в комнате около стола, на котором стоят остатки ужина и вина. Один, маленький, чистенький, худой и дурной, сидит и смотрит на отъезжающего добрыми, усталыми глазами. Другой, высокий, лежит подле уставленного пустыми бутылками стола и играет ключиком часов. Третий, в новеньком полушубке, ходит по комнате и, изредка останавливаясь, щелкает миндаль в довольно толстых и сильных, но с отчищенными ногтями пальцах, и всё чему-то улыбается; глаза и лицо его горят. Он говорит с жаром и с жестами; но видно, что он не находит слов, и все слова, которые ему приходят, кажутся недостаточными, чтобы выразить всё, что́ подступило ему к сердцу. Он беспрестанно улыбается.

— Теперь можно всё сказать! — говорит отъезжающий. — Я не то что оправдываюсь, но мне бы хотелось, чтобы ты по крайней мере понял меня, как я себя понимаю, а не так, как пошлость смотрит на это дело. Ты говоришь, что я виноват перед ней, — обращается он к тому, который добрыми глазами смотрит на него.

— Да, виноват, — отвечает маленький и дурной, и кажется, что еще больше доброты и усталости выражается в его взгляде.

— Я знаю, отчего ты это говоришь, — продолжает отъезжающий. — Быть любимым по-твоему такое же счастье, как любить, и довольно на всю жизнь, если раз достиг его.

— Да, очень довольно, душа моя! Больше чем нужно, — подтверждает маленький и дурной, открывая и закрывая глаза.

— Но отчего ж не...

Ready to Read More?

Discover the full story and all chapters

Already available in our store

"Start telling the stories that only you can tell." — Neil Gaiman